Десятилетиями Памир и Тянь-Шань оставались последними стабильными ледниковыми регионами планеты.
В 2025 году эта устойчивость закончилась: Центральная Азия потеряла около 30 км³ льда за один год — почти 2% от оставшегося объема. Миллионы жителей Таджикистана, Узбекистана, Кыргызстана и Казахстана зависят от этих ледников. Научный журнал New Scientist разбирает, что произошло и какие последствия ожидаются.
Ключевые факты
- 2025 год стал рекордным по потерям льда за всю историю наблюдений в Центральной Азии.
- 64% ледников площадью более 1 км² пережили худший год как минимум с 1991 года.
- Переломный момент связан с резким снижением осадков около 2018 года, после которого скорость таяния выросла в 8 раз.
- Памирские ледники питают Амударью и Сырдарью — реки, от которых зависят десятки миллионов человек.
Долгое время гляциологи относились к Памиру с осторожным оптимизмом. Пока ледники Альп, Анд и Гималаев стремительно сокращались, памирские и каракорумские массивы оставались стабильными и местами даже увеличивались. Это явление получило название Памиро-Каракорумской аномалии. Ученые спорили о причинах: необычная циркуляция воздуха, обильные зимние осадки или толстый слой каменных обломков, защищающий лед от солнечного тепла.
Но в 2025 году аномалия завершилась.
Группа гляциолога Франчески Пелликкотти из Института науки и технологий Австрии восстановила историю таджикского ледника Кызылсу с 1999 по 2023 год и выявила точку перелома — примерно 2018 год. Причиной стал не жаркий сезон, а именно резкое сокращение зимних осадков: годовой объем снега уменьшился примерно на треть. Лавины, которые раньше приносили леднику дополнительный снег, практически исчезли.
Без снежной подпитки и защитного покрова Кызылсу начал таять в восемь раз быстрее, чем в среднем за 1999–2018 годы.
В восточном Памире, на территории китайского Синьцзяна, ученые Китайской академии наук под руководством Фань Юя наблюдали за ледником Кангсива с 2011 года. До 2022 года потери были умеренными, а в отдельные годы ледник даже немного увеличивался. Но в 2025 году он потерял эквивалент 1,5 метра воды по всей поверхности — в 4,1 раза больше среднегодовых потерь за 2011–2024 годы. Таяли даже верхние зоны, которые обычно сохраняют снег и лед.
Главное отличие 2025 года — продолжительность тепла. Аномальные температуры держались с мая по сентябрь, охватив весь сезон таяния. К сентябрю ледник почти полностью лишился снега. Альбедо поверхности — способность отражать солнечный свет — упало до минимума за весь период спутниковых наблюдений с 2003 года. Это запустило опасную петлю обратной связи: темный лед поглощает тепло гораздо сильнее, чем белый снег, и тает быстрее.
Исследования гималайских ледников показывают, что этот механизм может обеспечивать до 80% дополнительного таяния даже при небольшом росте температуры.
Региональное исследование под руководством Ландера Ван Трихта из Брюссельского свободного университета и ETH Zürich охватило около 30 000 ледников Памира и Тянь-Шаня. В западном Памире ряд ледников потерял от 2 до 4% общего объема за один 2025 год. В целом регион лишился 30 ± 6 км³ льда — примерно столько же, сколько составляет 30% ледникового запаса европейских Альп.
Обычно ледники теряют массу неравномерно: один хребет страдает, другие держатся. В 2025 году эта закономерность исчезла. На Тянь-Шане — горной системе Кыргызстана, Казахстана и Китая — рекордные потери фиксировались почти одновременно по всему хребту.
Полевые группы Ван Трихта проводили прямые измерения на 16 ледниках Тянь-Шаня и Памира. Девять из них показали худший результат за всю историю наблюдений, остальные — один из худших.
«2025 год выделяется как исключительный, потому что экстремальные потери произошли практически повсюду в Центральной Азии одновременно», — отметил ученый. Плохой год в одной долине — обычное явление. Синхронный провал по всей горной системе — это другой сигнал.
В отличие от Альп, где катастрофы вызывают короткие, но жестокие волны жары, Тянь-Шань в 2025 году пострадал от длительного тепла: оно нарастало с весны и не спадало до конца лета. Осадков было не критически мало, но снег выпадал реже именно в те месяцы, когда он должен был защищать лед от солнца. Сезонный снег исчез на несколько недель раньше, оставив темный лед открытым. Затем сработал механизм альбедо — тот же, что и на Памире.
2025 год на Памире и Тянь-Шане стал частью цепочки региональных рекордов: в 2022-м рекорды побили Альпы и Пиренеи, в 2023-м — запад Северной Америки, в 2024-м — Шпицберген. Механизмы разные, но причина одна — потепление климата.
Памирские и тянь-шаньские ледники — это замерзший водонапорный бак Центральной Азии. Именно они поддерживают течение Амударьи и Сырдарьи в жаркие месяцы. Эти реки обеспечивают ирригацию, гидроэнергетику, экосистемы и питьевое водоснабжение Таджикистана, Узбекистана, Кыргызстана, Туркменистана и Казахстана.
В этом есть жестокая ирония: по мере таяния ледники сначала дают больше воды, чем обычно. Это временный всплеск — «пик воды». Реки полноводнее, урожаи выше. Но когда лед истощится настолько, что не сможет поддерживать летний сток, вода резко уйдет.
Исследование 2026 года прогнозирует: летние стоки, питаемые ледниками Тянь-Шаня, будут расти до 2050 года, а затем к концу века резко сократятся. Общины, привыкшие к временному изобилию, окажутся наиболее уязвимыми.
Ученые предупреждают: то, что казалось экстремальным в 2025 году, через несколько десятилетий при продолжающемся потеплении станет нормой.
Для водохозяйственных органов Центральной Азии вывод очевиден: годы вроде 2025-го нельзя считать редким исключением. Их нужно включать в базовый сценарий при планировании ирригации и прогнозировании гидроэнергетики.
Для гляциологов конец Памиро-Каракорумской аномалии снимает последний крупный вопросительный знак в глобальной картине потери льда.
«Крыша мира» держалась дольше всех остальных регионов планеты. Теперь и она тает.
