Как Министерство образования решает проблему нехватки учителей и кто фактически стоит у школьной доски?
«Нехватка учителей в школах Таджикистана полностью устранена», — заявило недавно ведомство. В отчётах всё выглядит убедительно: тысячи новых педагогов, закрытые вакансии, отсутствие дефицита.
Однако реальная ситуация в классах показывает иную картину — кадров «хватает» лишь на бумаге.
От дефицита к «полной укомплектованности»
В 2025–2026 учебном году в школы приняли более девяти тысяч новых учителей. Замминистра образования Равшан Каримзода на пресс-конференции подчеркнул, что проблема кадрового дефицита решена.
Ещё летом 2025 года министр Рахим Саидзода говорил о нехватке почти четырёх тысяч педагогов. Судя по официальным данным, за полгода ситуация изменилась кардинально: рост числа учителей составил более пяти тысяч, и система якобы вышла на стабильный уровень.
При этом в министерстве признают, что около семисот педагогов работают не по своей специальности, а многие временно замещают коллег в декретном отпуске. Эти нюансы там называют техническими и уверяют, что они не влияют на общую картину.
Но главный вопрос остаётся открытым — почувствовали ли изменения родители и сами ученики?
«Азия-Плюс» напрямую спросила об этом, и ответы, прямо скажем, не стали неожиданностью.
«Проблемы нет», но учителей по-прежнему не хватает
Заявления о том, что нехватка учителей в школах страны полностью устранена, не совпадает с тем, что родители и педагоги видят на местах — кадровый дефицит по-прежнему существует.
Показательный пример — музыкальная школа имени Зиёдулло Шахиди в Душанбе, где, по словам родителей, в одиннадцатом классе с начала учебного года нет учителя алгебры и геометрии.
О похожих ситуациях сообщают и из других школ. Родители отмечают, что после ухода педагога школа нередко остается без замены на неопределенный срок:
«Президентский лицей в Бустоне, учительница младших классов ушла в другую школу, и уже две недели как замены нет».
И такие случаи не единичны.
«В школе № 46 района Рудаки нет учителя иностранных языков в начальных классах».
«В школе № 54 в Душанбе в старших классах с русским языком обучения нем учителя по математике».
«54 школа в Душанбе. Из 5-ти уроков сегодня было только 2. По остальным предметам нет учителей. У учителя может быть одновременно урок сразу в трех классах».
«Из государственной школы мы перевели детей в частную именно из-за нехватки учителей».
«В 32 школе в Душанбе нет учителя русского языка».
«Учителей не хватает. И не нужно обманываться. Реальная ситуация в школах сильно отличается от той, что озвучивается на пресс-конференциях».
Учитель есть, но не по своему предмету
Многие родители отметили, что сегодняшняя проблема состоит даже не в том, есть учитель или нет, а в том, кто именно ведет уроки.
Родители и педагоги рассказывают о школах, где алгебру и геометрию преподает физик, историю — математик, а английский язык — выпускник совсем другого факультета.
«Даже в недешевой гимназии учитель алгебры и геометрии преподает физику. Ну как преподает? Одни конспекты пишут», — пожаловалась читательница из Душанбе.
Формально уроки проходят по расписанию, но их содержание, по словам родителей, все чаще сводится к переписыванию конспектов и формальному «просиживанию штанов».
«Хуже этого, когда педагог ведет урок не по специальности. Вроде бы он есть, но в то же время лучше, чтобы его не было», — признается один из комментаторов.
Другие пишут о том, что такая практика стала вынужденной нормой, особенно в регионах, где школы готовы взять любого специалиста, лишь бы закрыть пробелы в расписании:
«Мы закончили факультет истории и права, а один мой однокурсник сейчас в своем кишлаке преподает английский в школе, потому что там просто нет учителя».
В таких условиях дети быстро теряют интерес к предмету и мотивацию к учебе, ведь, по сути, разницы между тем, есть урок или его нет, почти нет.
«Все грамотные учителя уехали на заработки в Россию, 90% из них получили гражданство, взяли ипотеки и живут в своем собственном жилье. Хотела бы написать о проблемах, с которыми я сталкиваюсь, как учитель государственной школы, но не будем о плохом…», — высказалась одна из преподавательниц.
Многие читатели отмечают, что самим учителям нередко не хватает базовой грамотности, а попытки «закрывать дыры» студентами проблему не решают:
«Нужен самый жесткий отбор в сфере образования. Необходимо понимать значение учителя в масштабе. Когда будет поставлен вопрос соответствия профпригодности? Больше 90% действующих учителей не соответствует требованиям и это огромная социальная проблема. Пора вкладывать в образование, ведь это лучшая инвестиция в будущее нации».
«В школах не дефицит учителей, а дефицит «ума». Вместо того, чтобы давать детям знания, придираются к прическам и внешнему виду ребенка! Вот в чем вам необходимо разобраться».
Когда один учитель на пятьдесят учеников
Даже там, где школы формально укомплектованы кадрами, родители жалуются на другую проблему — классы, в которых по 40-50 учеников:
«У нас 52 ученика в классе. Не могут поделить класс, потому что нет учителя».
«В одном классе по 48 учащихся в Бустоне».
Родители признают, что при такой переполненности разговор о качестве образования теряет смысл.
«Бедные учителя изматываются уже к третьему уроку, представляю их нагрузку, — пишет мать ученика гимназии в Душанбе, где в классах по 42-47 детей. — Увы, при таком количестве учеников в каждом классе, о каком качестве обучения можно рассуждать?».
Некоторые комментаторы подчеркивают, что проблема уже не только в нехватке учителей, но и в нехватке школ и элементарных условий:
«И учителей не хватает, и мест для учащихся — по трое сидят за партами».
В русских классах не по-русски
Также родители пишут о проблемах в классах с русским языком обучения. Многие из них осознанно выбирают такие классы, рассчитывая на определенный уровень преподавания, но сталкиваются с совсем иной реальностью:
«Моя дочь с самого детства говорит только на русском языке. Раз я отдаю в русскую школу и в русский класс, то хотелось бы получить должное обучение. Если бы я хотела, чтоб мой ребенок учился на таджикском языке, я бы отдала его в таджикскую школу. Можно хотя бы проследить за их квалифицированной и грамотной работой, ведь мы отправляем детей в школу учиться и набираться знаний».
И это не единичные случаи:
«Моя дочь пошла в первый класс. Учителя неквалифицированные, пишут с ошибками, говорят на таджикском в русском классе. Не все семьи могут позволить себе частные или дорогостоящие школы, а государственная система не дает желаемого качества».
«Гимназия Осими в Душанбе — не хватает учителя по русскому языку и литературе».
«Президентский лицей в Бустоне: учительница младших классов ушла, и уже две недели нет замены, русская группа».
В комментариях звучит и тревога за культуру общения в школах.
Одна из матерей рассказывает, как слышала на линейке, как учителя кричали и матерились в микрофон:
«Где их грамотная речь, тактика и методы воспитания?».
Физкультура без физкультуры и школа без мужчин
Отдельные комментарии касались предметов, которые фактически выпадают из образовательного процесса. Чаще всего родители упоминают физкультуру:
«Во многих школах нет уроков физкультуры, либо конспекты пишут, либо вокруг школы гуляют».
Другие уточняют, что квалифицированных преподавателей по этому предмету практически не осталось:
«Критическая ситуация вокруг этого предмета уже дает свои нежелательные плоды. Практически во всех общеобразовательных школах (да и в лицеях и гимназиях зачастую) и в младших и в старших классах нет хороших преподавателей физической культуры. Это ужас. А про другие предметы я просто молчу….».
Некоторые комментаторы говорят и о системной проблеме — почти полном отсутствии мужчин в школах:
«95% учителей — женщины, мужчин почти нет. Это влияет на формирование детей».
Корень всех этих проблем, впрочем, хорошо известен и обсуждается уже не первый год. Зарплаты таджикских учителей остаются одними из самых низких в регионе, а нагрузка – чрезмерной.
Особенно сложная ситуациях в сельских и отдаленных школах.
Также помимо своих прямых обязанностей учить детей, педагоги вынуждены заниматься бесконечной отчетностью и проверками.
Отдельной болью остается практика привлечения педагогов к хлопкоуборочным кампаниям, которая длится месяцами и фактически выбивает их из учебного процесса, а также к встречам высоких гостей и обязательным субботникам.
Пока эти системные вопросы остаются без решения, ежегодные выпуски педагогических вузов вряд ли смогут изменить ситуацию.
Молодые специалисты либо уходят в другие сферы, либо уезжают на заработки, либо остаются в школе без особой мотивации.
