🇹🇯 Как Беларусь спасает Таджикистан от мясного кризиса

Стоимость говядины в стране обновляет рекорды. В Душанбе килограмм местного мяса с костями превысил отметку в 100 сомони, а качественная мякоть продаётся уже по 145 ($ 15,5) сомони за килограмм.

На этом фоне всё чаще обсуждается вопрос: может ли более дешёвое мясо из Беларуси, Казахстана, Афганистана, Пакистана и других стран реально повлиять на рынок и чем оно отличается от местной продукции, рассказывает Asia-Plus.

Импорт не решает проблему дефицита

По оценкам специалистов, годовая потребность населения Таджикистана в мясе составляет около 380–385 тыс. тонн. Даже с учётом роста производства объём «чистого» мяса (без костей и не в живом весе) достигает лишь 235–240 тыс. тонн.

В пересчёте на душу населения это примерно 24 кг в год при рекомендованной норме 40,8 кг. Таким образом, страна обеспечивает лишь около 58% рациональной потребности. Именно поэтому власти вынуждены компенсировать дефицит за счёт импорта — как живого скота, так и готовой мясной продукции.

Однако цифры показывают, что импорт играет лишь вспомогательную роль. В 2024 году в страну ввезли около 15,7 тыс. тонн мяса и мясопродуктов, из них более 8,7 тыс. тонн — по категории «мясо и субпродукты» на сумму почти $30 млн. Это всего несколько процентов от общей потребности, но именно эти партии чаще всего попадают на прилавки городских магазинов и в меню столовых и кафе.

Говядина из-за рубежа

По данным международной статистики, основная часть «говяжьего импорта» — это вовсе не красивые стейки в упаковке, а живой крупный рогатый скот (племенной и на убой), переработанная мясная продукция (консервы, колбасы, паштеты), замороженные блоки и отрубы для переработки внутри страны. 

Ключевые поставщики живого КРС в Таджикистан: Россия, Беларусь и Казахстан; небольшие партии шли также из Венгрии и Ирана. Охлаждённой и замороженной говядины «в чистом виде» импортируется немного: это единичные тонны из России, Турции, Италии.

То есть дешёвое импортное мясо на прилавке — чаще всего либо разделанные блоки и отрубы (для общепита и переработки),  либо мясо от скота, которого сначала завезли живым, откормили и забили уже в Таджикистане.

Почему белорусская говядина стала самым популярным импортом в Таджикистане?

Белорусское мясо за последние два года стало едва ли не главным символом «дешёвого импортного» на таджикском рынке.

На рынках Душанбе, в частности, на «Саховате» килограмм белорусской говядины продаётся по 75–85 сомони. Для сравнения: местная говядина с костями стоит около 90 сомони, а хорошая мякоть уходит по 120–145 сомони.

Именно белорусское мясо сегодня чаще всего берут столовые, недорогие кафе и городские семьи, которые вынуждены экономить.

Агентство «Таджикстандарт» официально заявило: импорт мяса из Беларуси — это инструмент сдерживания цен на внутреннем рынке, а низкая стоимость «не означает опасность».

По словам первого замдиректора ведомства Рахмоншо Мирзоёна, вся белорусская продукция проходит лабораторные проверки и признаётся безопасной.  

Параллельно Беларусь активно наращивает сотрудничество с Таджикистаном: помимо мяса, поставляются племенной скот и ветеринарные препараты, заключены контракты на охлаждённую говядину и консервы. 

Интересно, что в соседнем Узбекистане, где тоже растёт доля импортной говядины, именно белорусское мясо, по отзывам потребителей, стало «фаворитом» среди импортных: его хвалят за мягкость и вкус, тогда как пакистанское и индийское чаще используют только на фарш.

Казахстан: главный поставщик мяса и бычков

Казахстан остаётся ключевым партнёром Таджикистана по мясу.

В 2024 году республика экспортировала в Таджикистан около 490 тонн говядины на $1,4 млн и 1,3 тыс. тонн другого мяса почти на $3,9 млн.

На долю Казахстана приходилось около 60% импорта говядины и 88% импорта мяса птицы в Таджикистан. 

Отдельная история — импорт живых бычков. В последние месяцы таджикские предприниматели активно закупают в Казахстане мясные породы скота. На базарах живой вес продаётся по 55–60 сомони за килограмм, бычок в 300 кг обходится примерно в 18 тыс. сомони. 

Животных откармливают и через два–три месяца продают уже как мясо — по более высокой цене.

Эксперты считают, что такая схема — один из немногих реальных способов быстро нарастить предложение мяса на внутреннем рынке и улучшить его качество.

Афганистан и Пакистан: живой скот под контролем

Афганистан упоминается чаще всего там, где речь идёт о дешёвом скоте для приграничных регионов.

Предпринимателям Кулябской зоны разрешили ввоз живого скота из Афганистана через переходы «Кокул» и рынок в районе Шамсиддина Шохина.

Там создано два уровня контроля: ветеринарно-санитарные пункты на границе; 20-дневный карантин, анализ крови и вакцинация перед допуском животных на внутренний рынок.

При этом прямой ввоз афганского мяса и молочной продукции по-прежнему запрещён: афганская сторона официально признала, что не может гарантировать необходимый уровень ветеринарного контроля.

С Пакистаном у Таджикистана есть соглашения о сотрудничестве в животноводстве, но речь пока больше о племенном скоте и возможном импорте, чем о массовой поставке дешёвого замороженного мяса. 

Региональный опыт (Узбекистан, Азербайджан) показывает, что пакистанская говядина зачастую идёт как сырьё для переработки и общепита: потребители жалуются на жёсткость и специфический вкус, особенно при повторной заморозке и плохой транспортировке.

Кто покупает импортное мясо?

Портрет основного покупателя импортного мяса в Таджикистане выглядит так:

• столовые, недорогие кафе, точки общепита — им важны стабильные поставки и цена, а не происхождение каждой туши;
• городское население со средним и низким доходом, которое ищет способ сэкономить на мясе.

При этом для домашнего потребления большинство семей по-прежнему предпочитает местное мясо — в том числе потому, что 92% крупного рогатого скота и более 80% овец и коз содержится именно в частных хозяйствах. Люди покупают у «своих» мясников, которым доверяют.

Вкус и «трава Таджикистана»

Местные мясники и потребители в один голос говорят: вкус импортной говядины не такой, как у таджикской.

Объяснение у них простое и в чём-то научно обоснованное: вкус мяса сильно зависит от кормов и типа пастбищ, условий содержания, возраста и породы животного, способа охлаждения и хранения.

Скот в Таджикистане традиционно пасут на естественных пастбищах, животные едят местную траву и кустарники. Именно к этому вкусу «привык» потребитель. В странах-поставщиках баланс другой: больше зерновых кормов, комбикорм, иногда стойловое содержание, интенсивный откорм. После глубокой заморозки часть отличий вкуса и текстуры только усиливается.

Мясники признают: по санитарным параметрам импортное мясо, как правило, не хуже, но «нашему народу его вкус кажется чужим». Поэтому белорусскую и казахстанскую говядину часто берут на самбусу, фарш, шаурму — там, где вкус заметно «работает» вместе с тестом, специями и жиром. А для плова люди стараются купить местную тушу.

Соответствует ли импорт стандартам безопасности?

Формально ответ властей однозначен: да, импортное мясо соответствует стандартам. 

Белорусская продукция проверяется «Таджикстандартом» и признаётся безопасной для употребления.

Живой скот из Афганистана разрешён только при условии прохождения карантина и лабораторных исследований; само афганское мясо и молочные продукты ввозить нельзя.

Племенной и убойный скот из Казахстана и России проходит ветеринарный контроль по линии служб двух стран. 

Реальные риски чаще связаны не со страной происхождения, а с тем, что происходит уже внутри Таджикистана: нарушается холодовая цепочка при транспортировке и продаже, мясо несколько раз замораживают и размораживают, экономят на хранении. Именно это, по словам специалистов, сильнее всего влияет и на вкус, и на безопасность.

Импорта много или мало?

Если смотреть на полки в Душанбе, может показаться, что «импортного мяса кругом полно».

Но цифры говорят о другом:

• общий спрос — около 380–385 тыс. тонн мяса в год;  
• собственное производство «чистого» мяса — примерно 235–240 тыс. тонн; 
• импорт мяса и мясопродуктов — порядка 15–16 тыс. тонн в год.

То есть импорт закрывает условно 4–6% потребности по объёму.

Ожидать, что импорт полностью решит проблему дороговизны, не приходится.

Норма потребления мяса в стране — около 40,8 кг на человека в год, фактически жители получают почти вдвое меньше. 

Пока не будут решены базовые вопросы — пастбища, корма, доступные кредиты для фермеров, предсказуемая экспортная политика и реальная поддержка животноводства — мясо в Таджикистане останется дорогим продуктом.

Импорт даёт «передышку» рынку, но долгосрочный ответ на вопрос «почему наше мясо так дорого стоит?» находится не в холодильниках с белорусскими и казахстанскими тушами, а в хозяйствах самого Таджикистана, где скотоводство до сих остаётся делом энтузиастов, а не прибыльным бизнесом.